Синдром Понтия Пилата

Надежду Творогову называют «врачом врачей» и «психологом психологов». Доктор психологии, декан 1-го Московского медицинского института, она помогает тем, чья профессия спасать других.

— Среди сегодняшних врачей множество серьёзно больных людей — не редкость: алкогольная зависимость, часты случаи суицида. Их учат многому — кроме необходимого: психологической защиты самого себя. Какая она, «техника безопасности» от агрессии, страха, негативной энергии, которыми «заваливают» врачей пациенты?

— Это очень серьёзная проблема, — рассказывает Надежда Дмитриевна, — от принципа: «Хоть ползи, но помогай другому — ты же врач!» — перейти к более разумному: «Научись сохранять себя — и ты сумеешь помочь и другим». Тысячи студентов приходили в мединституты действительно по призванию. А уже года через два практической работы или сами начинали болеть, или становились циниками.
В Риге Надежда Творогова проводила семинар для студентов Международного института практической психологии. Было бы просто здорово, если все, кто постоянно работает с людьми и чья беда — профессиональная деформация (отвращение к людям из-за неумения психологически защищать самих себя), прошли бы через такие семинары.

— Какая сейчас ситуация в России? — поинтересовалась я. — В Латвии медицина стала ещё менее «психологичной», чем была. Раньше любимой темой юмористов были врачи, пишущие бесконечные бумажки, даже на пациента не взглянув. Теперь же, с появлением страховых касс, тщательно следящих, не оказал ли врач помощи слишком уж эффективной — и более дорогой, врачи просто стали заложниками. И лечить не могут в полную силу, и живут в страхе что-нибудь не так записать — при любой ошибке вычтут из мизерной заработной платы. Было бы смешно, если бы не так печально: пациенту хотелось бы, чтобы его успокоили и утешили, а ему часто приходится утешать загнанного и затравленного врача.

— Есть точное определение Всемирной организации здравоохранения: «Здоровье — это состояние психического, телесного и социального благополучия», а не только отсутствие болезней. Небогатым странам до этого пока далеко. Но мы уже перестали «посыпать главу пеплом». Студентам-медикам даются знания по практической психологии. Появляется опыт работы командой: врач, психолог и священник (а они есть в московских клиниках) сотрудничают не без успеха.

— Вот что показывает наша газетная практика: стоит появиться статье о целителе — читатели звонят неделями. А вот с хорошим психологом встретиться не жаждут.

Синдром Понтия Пилата — Я не думаю, что целитель и психолог — конкуренты. Конечно, есть шарлатаны и мистификаторы, но есть и таланты, передающиеся из поколения в поколение. Наука ещё столь многого не знает, опыт человечества куда богаче. Сейчас врачи в Калифорнии пытаются понять, почему шаманы действительно лечат. И если в некоторых случаях врачи и психологи будут приглашать в свою команду ещё и целителя, это может помочь излечению.
Психологов почему часто избегают? Боятся попасть к этакому строгому прокурору: «Сам виноват, что больной и несовершенный! Неправильно думаешь! А чувствуешь почему неправильно?» И если клиент с таким психологом не согласится, может услышать: «Это у тебя психологическая защита! Комплексы у тебя!» А бабки-целительницы любят тебя таким, какой ты есть, несовершенным. И одаривают самым дефицитным — утешением.

— Меня пугает, что идёт по нарастающей «синдром Пилата» — так я это называю. Мудрый Мастер был первым, кто пожалел проклятого Богом, людьми — и собой. Да, «всё просто — в белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крылатую колоннаду вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат». Человек, считавший себя свирепым чудовищем — и соответственно поступавший. А прав был, конечно, Га-Ноцри, заметивший: «Беда в том, что ты слишком замкнут и окончательно потерял веру в людей. Ведь нельзя же поместить всю свою привязанность в собаку. Твоя жизнь скудна, игемон!»
Сказано словно о нас — здесь и теперь. Мир так жесток и жёсток, что боишься раскрыться перед двуногими, а согревают нас четверолапые — мурлыкающие и взлаивающие. «Просто лишь нерастраченной нежности слишком много скопилось во мне», — поётся в наших песнях. А нерастраченная нежность способна убивать.

— Постоянный страх: «Кому открыться?», с этим мы сталкиваемся очень часто. Когда появились «новые русские» — молодые, здоровые — они были невероятно уверенны в себе. «Работать 24 часа в сутки? О чём речь! Поработаем — с девочками расслабимся — хорошо!» А через какое-то время они начали «выскакивать из обоймы». Поняли: нагрузки очень большие — надо заниматься спортом. Те, кто хорошо работает сейчас, практически не пьют, никаких наркотиков, заботятся о здоровье тела. Но не все негативные энергии выходят через спорт. Куда их деть? К психологам за помощью приходят только жёны «новых» — сами они никому не доверяют. Конечно, на Западе клиент лучше защищён — законом запрещено использовать любую информацию о клиенте, кроме двух случаев: когда он собирается кого-то убить или наносит вред ребёнку.
Да, «новые» могут купить далеко не всё — невозможно откупиться от страха, что их искренность кто-то использует.

— Найти достойного полной откровенности трудно — даже при нынешнем изобилии психологов и отсутствии у тебя коммерческих тайн. Насколько я знаю, сами психологи проходят психотерапию у тех, кому доверяют. Наша поэтесса Людмила Азарова нашла очень точные слова:

«Невысказанное, потом окаменевшее —
вздыбливает землю.
Невыплаканное, потом замёрзшее —
разрывает железные жилы.
Невоспламенившееся, потом тлеющее —
оборачивается самосожжением».

Синдром Понтия Пилата И можно тысячу раз знать, что, не признаваясь никому (и в том числе себе) в случившейся беде — загоняешь себя в тоску и болезнь. И прошлое всё никак не становится прошедшим. Но мы ищем спасения в «методе Пилата», у надёжных четверолапых. Ведь если ошибёшься в «исповеднике», может, только и остаётся, что шептать: «Яду мне!..»

— В последние годы в Россию приезжали блестящие психологи и выдающиеся люди, и я счастлива, что видела их. У нас побывало очень много неплохих специалистов и по психологическим технологиям. Нас ведь очень хорошо «подковывали» теоретически, а вот как помочь конкретно... Мы учимся работать с конкретными проблемами, и учимся быстро.
Новое поколение психологов — и те студенты, с кем я работала в Риге, — они мыслят гуманистически. Молодые, казалось бы, что они знают о жизни? А в них столько любви, терпения, приятия. Замечательно, что в психологию приходят юноши. Для женщины в критической ситуации, когда она не может рассказать о своей беде даже женщине-психологу, очень нужна мужская терапия.

— А в Москве практикуется работа «психологической пары» — мужчины и женщины?

— Да, и это даёт группе чувство большей безопасности. Две пары глаз и ушей всегда видят и слышат больше, чем одна, а иногда даже видят и слышат совершенно разные вещи.

— Мужчина и женщина — русские поэты нашего века — сформулировали исключительно точно два вопроса из разряда вечных:

Марина Цветаева:
Я глупая — а ты умён.
Живой — а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времён:
«Мой милый, что тебе я сделала?»

Андрей Вознесенский:
Смеялась: «Ты ангел?» — я лгал, как змея.
Сказала: «Будь смелым!» — дружил с динамитом.
Сказала: «Будь первым!» — я стал знаменитым.
Ну, что тебе надо ещё от меня?

Как показывает опыт, в такой ситуации ответ угадывает психолог противоположного пола.

— Да, женщине в такой момент нужно даже не мужское плечо, а мужской взгляд на ситуацию, в которой ты находишься. Одно дело — с подругами поговорить (стараемся с родными этого не обсуждать, а то ещё аукнется нам наша откровенность). А мужчина-психолог поможет посмотреть на ситуацию с мужской стороны. Это очень помогает.
Синдром Понтия Пилата Так же и с мужчинами — часто они становятся заложниками собственной силы. Сдерживают чувства в себе. С кем ему поговорить? Он ведь должен казаться сильным и всезнающим. Важно, чтобы женщина-психолог сказала, как она видит драматическую ситуацию. Она может открыть мужчине новое понимание женщины. Сказать то, что другая женщина ему никогда ни за что не скажет.
Психологическая пара может спорить друг с другом на глазах у клиентов, не ссорясь. Искать решение. Они могут показать, что различия «он — она» надо осознавать — и можно превратить в бесценные сокровища. Каждый — сильный и мягкий, даёт и берёт, нападает и обороняется, спорит и соглашается. Тренеры-психологи могут научить, как превратить конфликт в ситуацию, обогащающую обоих.

— Есть такое определение: «Искусство — это попытка создать рядом с реальным миром другой, более человечный». Может быть, сегодняшним студентам-психологам удастся создать более человечный мир — внутри реального?..

Автор: Рената Ларичева
Источник: Afield (Поле надежды)

4.333335
Ваша оценка: Нет Рейтинг: 4.3 (3 голоса)

Комментарии

Хоть пару людей с пониманием

Хоть пару людей с пониманием нашлось